Yandex.Metrika
Смерть и человек
+375(29)862-60-19 +375(29)135-73-80 Гранитная мастерская
Смерть и человек

Смерть и человек

Смерть и человек

Одиночество и смерть — два неизменных спутника. Одновременно это и два антагониста: одиночество возможно лишь при жизни и для живущих. Смерть пресекает любое одиночество, как со знаком минус, так и плюс. Темы смерти и одиночества — табу человеческого сознания. Их одинаково боятся и одинаково не знают их природы. Вместе с тем считается признаком дурного расположения духа всерьез рассуждать о том, что надо готовиться к тому, чтобы остаться одному и умереть. Напоминать о смерти свои близким и знакомым — верх неприличия, если, к тому же, они почтенного возраста. «Не надо о грустном и мрачном!» — восклицаем мы и закрываем глаза и уши. А почему, собственно, не надо? Чтобы это событие стало «приятным» сюрпризом? Ведь его не избежать никому: ни больным, ни здоровым, ни счастливым, ни несчастным. Однако, если судить по поведению, мы все поголовно — раса бессмертных, по крайней мере так живем. Еще Вольтер говаривал: «Мы никогда не живем, а лишь надеемся, что будем жить». Вспомните, сколько всякого разного мы отложили на завтра, а это завтра так и не наступило. Сколько сокровенных и не очень желаний похоронили, потому что некогда, дела, заняты. Чем заняты? Да, в общем-то ничем. Это выясняется годы и десятилетия спустя, чаще всего, перед смертью. Оказывается, что и жизни как будто не было. Так, одна суета.

Подумать бы об этом раньше, может, и время не теряли бы. Но это лишь одна сторона вопроса. А существует другая, не менее серьезная проблема. Еще ни один человек не узнал и не рассказал, что это такое. Те, кто узнали, уже не вернулись, а рассказы тех, кто вернулся, не слишком заслуживают доверия. Нашумевшая в свое время книга Моуди «Жизнь после жизни» изобилует неточностями и большими допущениями. В ней собраны всего лишь ощущения и кажущиеся воспоминания людей, переживших состояние кислородного голодания мозга во время клинической смерти. Что означают картины движения в светящемся туннеле и калейдоскоп воспоминаний? Все это может быть следствием биохимических процессов в нейронах, каких-то особенностей магнитного поля мозга. Попробуйте закрыть глаза и слегка надавить на верхние веки. У вас перед глазами появятся цветные круги. Ведь это не означает, что круги существуют на самом деле. Интересны наблюдения и эксперименты по взвешиванию тел умирающих людей, когда в определенный момент наблюдается убывание массы на несколько граммов. Подумали и решили, что это вес улетучивающейся души. Но что такое душа?

Идентична ли она сознанию? Что мы делаем душой: думаем, чувствуем, помним? Кто знает это наверняка? Да, установлен факт убывания массы тела, но не более того. Что это за субстанция? Может, энергия или что-то иное? Существующая на Востоке теория перевоплощения или реинкарнации в свое время пришлась нам по душе. Действительно, чем не бальзам, утешение, что мы не умрем, а просто перейдем в другое тело. К тому же, появилась веская причина, чтобы при жизни вести себя прилично, а то станешь свиньей или баобабом. И не так обидно, если что-то не свершилось, — в следующей жизни наверстаю. Теория очень хорошая, нет слов. Но опять же, бездоказательная. Говорят, были случаи, когда люди «вспоминали» прошлые воплощения, начинали говорить на незнакомых языках, описывать места, где раньше не были. А почему это не может быть контакт с чьим-то информационным полем, случайно попавшим в резонанс с мозгом этого человека. Ведь существует коллективный разум животных, заставляющих, к примеру, перелетных птиц совершать тысячекилометровые перелеты по точным маршрутам без карт и компасов. Чем мы так отличаемся от своих меньших братьев? Наше сознание устроено так, что для любой теории и гипотезы найдутся свои доказательства. Споры здесь бессмысленны. Восточные мудрецы говорят, что помнить свои перевоплощения могут далеко не все, а лишь те, кто встретил смерть осознанно, без паники и ужаса.

В конце концов, каждому будет дано по его вере. Наше материалистическое понимание смерти как конца всего повергает в шок. Оно равнозначно вселенской катастрофе и даже превосходит ее, потому что есть надежда катастрофы избежать, а от смерти не уйти никому. С такими взглядами смерть приносит столько ужаса и панического страха, что было бы странным что-то еще запомнить. Мы попросту теряем сознание от страха. Естественно, что если постоянно об этом думать, Можно сойти с ума. Ведь люди — богоподобные существа, а боги бессмертны. Какое неразрешимое противоречие между природой тела и духа! Лишенным смысла оказывается все: рождение, жизнь со всеми ее хорошими и дурными поступками и сама смерть. Жить для того, чтобы жить, уже как-то после этого не хочется. Это одно из проявлений человеческого эгоизма, который очень глубоко сидит внутри у всех, у гуманистов и альтруистов, в том числе. Человек редко боится того, с чем знаком и что привычно. В нас кроется первобытный страх неизвестности. Примитивные народы Америки, не видевшие огнестрельного оружия, в панике сдавались на милость конкистадорам при первых же залпах ружей, хотя численно в сотни раз их превосходили. Каждый знает, что страшно не просто неизвестное или неприятное событие, а само его ожидание.

Так мы боимся экзамена потому, что не знаем, что спросят. Многие панически боятся зубоврачебного кабинета, но не самого лечения, а звуков бормашины во время ожидания в коридоре своей очереди. Некоторые не дожидаются, сбегают. А вот стоматологи не боятся, они знают и работают. Хотя им гораздо лучше известны возможные осложнения и ждущие пациентов сюрпризы. Наш страх смерти похож на все остальные, только сложенные вместе и в тысячи раз усиленные. Неправда, когда заявляют, что не боятся смерти. Это или пустая бравада, или психическое отклонение. Ведь страх смерти заложен в нас генетически, это основа главного из инстинктов — самосохранения, без которого человеческий род давно бы вымер. Если проводить дальнейшую аналогию, смерть должна выглядеть в реальности совсем не так, как представляется нашей испуганной фантазии. В конце концов, это лишь закономерный итог жизни. Смерть— природное, естественное явление, и бояться здесь по-хорошему нечего. Говорят, женщины испытывают боль при родах, потому что боятся испытать боль. Конечно, все не так просто. Недостаточно, просто убеждать себя и уговаривать: «Я не боюсь, я не боюсь». Некоторые вещи уже прочно вошли в человеческий генотип и стали стереотипом поведения всего вида. Но иметь хотя бы некоторое представление об этом не мешает. Американский подход к проблеме жизни и смерти гласит: «Надо прожить каждый день, как последний».

Мы — нация с иным менталитетом. Для наших людей такой призыв означает: пуститься во все тяжкие. Хотя во всем есть рациональное зерно. Люди на западе, народ практичный и рациональный, относятся к смерти проще и одновременно серьезнее. Для них знание отпущенного жизнью срока важно, чтобы завершить дела, отдать последние распоряжения, оставить завещание. Неизлечимым больным запросто сообщают неутешительный прогноз и возможные сроки летального исхода. Казалось бы, это должно повергнуть их в шок. Но парадокс: именно это знание заставляет человека по-иному взглянуть на жизнь, пересмотреть взгляды, ценности, человеческие отношения. Люди зачастую становятся терпимее, добрее, мудрее. Они забывают все мелочное, прощают и просят прощения у близких.
Бывают случаи, когда медицинские прогнозы не сбываются. Тогда «приговоренные» говорят, что именно этот период жизни под давлением неотвратимой смерти стал для них переломным. Они по-другому оценили многие вещи, изменились внутренне и, что немаловажно, перестали страдать от одиночества. Знание неотвратимости смерти делает все остальное второстепенным. Какой смысл переживать по поводу одиночества, зная, что и оно не вечно? Все придет к концу и растает, как дым.

Какой смысл строить планы, зная, что они неизбежно будут разрушены временем окончания жизни? Это не означает, что надо сложить руки и смиренно ждать своего конца. Никто не знает, что такое смерть, но ведь мало знает и то, что такое жизнь. Как писал В. Ключевский: «Жизнь не в том, чтобы жить, а в том, чтобы чувствовать, что живешь». Если представить, что жизнь — это киносеанс, на просмотр которого нам был подарен природой билет, не станем же мы спать в зрительном зале или думать о своих делах. Конечно, есть и такие. Но обычно все внимание мы посвящаем сюжету, игре актеров, сочувствуем и переживаем. Почему же свою жизнь мы проводим, как спящие зрители во время скучной мелодрамы? Ведь жизнь одна, неизвестно, достанутся ли еще на нее билеты. Она показывает множество увлекательнейших сюжетов, полных драматизма, юмора, интриги. Неужели все это пройдет мимо, пока мы будем строить планы на будущее? Говорят, человечество, смеясь, расстается со своим прошлым. Смерть — это не конец, а напоминание о будущем, которое может быть разным: унылым и беспросветным или радостным и счастливым.

Если не придавать происходящему такого монументального значения, будто все это застынет в веках и приведет со временем к стихийному бедствию, то жизнь станет намного приятнее и радостнее. В каждом событии, каждой мысли уже есть элемент несерьезности, потому что ничто не вечно. Понимающие и ценящие юмор люди, как показывает жизнь, в целом гораздо удачливее и благополучнее зануд и нытиков. Им не грозят одиночество и прочие личные напасти. Веселые женщины — не обязательно глупые и легкомысленные. Но они точно не страдают отсутствием внимания в кругу знакомых и ценят маленькие радости, так же как и большие. Если мы во многом не понимаем мужчин, а они совершенно не понимают нас, то в одном мы сходимся и мужчины и женщины любят шутить и смеяться. Не случайно многие женщины больше ума ценят в мужчине чувство юмора. Чтобы смерть не казалась нам такой мрачной и серьезной, отнесемся к ней, как к еще неизведанному, неожиданному приключению, за которым нас ждут, возможно, новые открытия. Как-то давно писатель и мистик, автор Гулливера Джонатан Свифт сказал: «Не может быть, чтобы такую естественную, необходимую и универсальную штуку, как смерть, Провидение создало во зло человечеству».